Российское судостроение
Выставочная компания Каталог сайтов зарубежных компанийКто есть кто
English Version Home


Минисайты предприятий
Компания ООО «СПБ Марин»

Ярославский CCЗ

"Комплексный технический сервис"

Cеверное ПКБ

ООО "Балтсудосервис"

Журнал "Морская радиоэлектроника"

Продукция компании FireSeal

Новости партнеров

Интервью с Владимиром Юхниным, бывшим генеральным директором Северного конструкторского бюро

Владимир ЮХНИН,
бывший генеральный директор
Северного конструкторского бюро
Федерального агентства по рыболовству

Андрей ФРОЛОВ,
bmpd.livejournal.com
Портал «Новости ВПК»
04 июля 2017 года

BMPD представляет журнал CAST Moscow Defense Brief, а также интервью с Владимиром Юхниным, бывшим генеральным директором Северного конструкторского бюро «Ядерные военные корабли, чтобы остаться».

Интервью с Владимиром Юхниным

Проектное изображение патрульного корабля
разработки ОАО «Северное ПКБ»,
заказанного ВМС Индии предприятию
Рipavav Defence and Offshore Engineering Company Limited
(с) trishul-trident.blogspot.com

Профессор Владимир Юхнин: родился в 1937 году, окончил Ленинградский судостроительный институт и был назначен в Центральное конструкторское бюро № 53, которое впоследствии стало Северным ОКБ (Северное ПКБ) и где он провел всю свою карьеру, от младшего инженера до начальника Дизайнера и генерального директора.

Профессор Юхнин внес или внес вклад в развитие более 100 крупных военных кораблей и 15 гражданских судов. Он является автором более 60 научных публикаций и изобретений, в том числе 32 опубликованных работ, две книги, две серии лекций, 12 монографий, И 16 изобретений. Он присуждает премию «Службы родине» класса 3 и 4, орден «За награду Октябрьской революции» (1988), орден Красного Знамени (1985), специальную медаль отличия (1977), премию за особые отличия (2003), И несколько других наград. Профессор Юхнин имеет степень доктора технических наук и является членом Российской инженерной академии.

— Каково нынешнее состояние Северного конструкторского бюро? Каковы ваши наиболее перспективные проекты в области НИОКР и каковы основные проблемы, с которыми сталкивается компания?

— Нашим дизайнерским бюро было 70 в 2016 году. За эти годы было достигнуто много. Мы разработали первое, второе и третье послевоенные поколения российских военных кораблей, и теперь мы находимся в четвертом поколении. Эти корабли очень хорошо зарекомендовали себя во время службы в советском и российском флотах. Некоторые из кораблей третьего поколения все еще находятся в эксплуатации. Мы продолжаем развивать новые суда, в том числе пограничный патруль и небольшие суда, что является новым рынком для нас. Что касается проблем, мы, конечно же, имеем их справедливую долю.

— У вас достаточно квалифицированного персонала? Молодые специалисты присоединяются к вашей компании в достаточном количестве?

— За последние годы у нас было много новых прибытий. Многие из них прошли подготовку на специальном факультете Санкт-Петербургского государственного института морской техники. Он готовит молодых специалистов - хотя их и не достаточно, - которые затем присоединяются к нашей команде.

— Имеет ли бюро возможность развивать любой тип корабля, сколь бы сложным он ни был?

— Конечно. Для нас корабль не слишком сложный. Но новые области знаний открываются все время, и мы должны их освоить. Когда мы переходили с паровой турбины и газотурбинной техники на разработку атомного крейсера, нам нужно было найти подходящих специалистов и обучить их, а затем убедиться, что они передадут свои навыки следующему поколению. Сейчас мы также работаем над интеграцией самолетов, особенно с вертолетами. Для этого требуется еще одна специальная область навыков и опыта, для которой нам необходимо обучать новых специалистов. Последние события всегда делают нас занятыми.

— Что вы думаете о будущих поколениях военных кораблей - например, на воздушной подушке?

— В основном мы проектируем водоотталкивающие суда, потому что это океанские суда. Судно на воздушной подушке не подходит для работы в открытом океане: эта технология просто не очень хорошо работает в таких сценариях. Эти суда должны поддерживать спокойные воды. Мы разрабатываем корабли, которые могут плавать в любом месте.

— Но как насчет новых технологий, которые американцы пытаются реализовать в рамках своих кораблей LCS?

— У этой программы очень сильный PR-компонент. Мы изучили эти проекты. Я вовсе не уверен, что эти новые технологии станут ключом к их успеху. Что касается чистой науки, они интересны. Но наш собственный Институт Крылова (Государственный научный центр им. Крылова) протестировал эти технологии, поэтому в них нет ничего особенно нового. Тем не менее, нужно всегда стремиться к чему-то новому.

— Каково ваше мнение о последних событиях в кораблях стелс?

— Это очень важная технология, и мы много работаем в этой области. Наиболее важным элементом является архитектура. Стебельная архитектура сильно отличается от традиционной. Например, эсминцы Project 61 представляют собой одну большую кучу отражающих углов. С другой стороны, фрегат Project 11356 включает новые архитектурные формы. Я говорю о наклоне стен палубы и корпуса, а также о специальном клеевом покрытии на наиболее отражающих поверхностях. Еще одна важная вещь – тепловое поле корабля. Мы реализовали меры по сокращению этой области практически на всех наших кораблях. Эти меры включают активное охлаждение, впрыскивание воды в выхлопные каналы и т. Д. Тем не менее, в настоящее время чувствительные к нагреванию головки самонаведения очень чувствительны, поэтому вы не можете полностью исключить сигнатуру тепла, излучаемую сторонами корабля. Но вы можете попытаться устранить это из-за носовых и суровых аспектов. В любом случае вы не можете полностью его устранить.

— Говоря о фрегатах проекта 11356 и Project 22350, насколько отличаются их подписи?

— Архитектурно, между ними нет большой разницы в плане рассеивания. Но проект 22350 имеет больше элементов стелса (клеящие панели, специальное покрытие и т. Д.). Тем не менее, эти меры не могут обеспечить идеальный результат. Возьмите радары, например: каждый радар является большой отражающей поверхностью, и вы не можете скрыть его. Наши корабли ВМФ даже взяли на себя ловля этих радаров вверх, в то время как в море, чтобы уменьшить видимость.

В целом проект 22350 – очень красивый и яркий корабль. Его главный конструктор Игорь Шрамко – очень талантливый инженер; Он приложил все усилия для этой программы. Кстати, мой старший сын, капитан 1- го ранга, был главным руководителем проекта развития и строительства фрегата адмирала Горшкова.

Что касается кораблей Project 1135, они являются одними из самых лучших, которые когда-либо производили наши конструкторские бюро. Тридцать два корабля такого типа были построены на трех различных верфях для ВМФ СССР, еще семь для советской пограничной службы (один из них сейчас входит в состав ВМФ Украины) и шесть для ВМС Индии. Затем мы начали строить суда проекта 11356 для нашего собственного флота – всего шесть кораблей. Ключом к их успеху являются превосходные турбины и режим работы этих турбин, которые придумали наше бюро. Мы разработали шахматный режим для четырех турбин, который обеспечивает максимальную топливную экономичность. К сожалению, турбины были изготовлены в Украине, и эта страна теперь глупо отказывалась поставлять их нам. В результате украинский производитель этих турбин «Зоря-Машпроект» прекратил производство.

Между тем, сейчас Россия разрабатывает замену этих турбин. Российская турбина будет более развитой; Он будет включать новые материалы, которые повысят температуру горения, обеспечивая большую эффективность. Но иногда совершенным является враг добра. Нам просто нужно поставить хороший продукт. Это был девиз командующего ВМС России Сергея Горшкова.

— Можно ли заменить вращающиеся радарные ракеты активным радаром с фазированной решеткой, как это сделали американские и китайские военно-морские силы?

— У нас такие системы, но они установлены на поверхности. Мы вернули их в советский период. НПО Квант в Киеве разработал радар под названием Марс-Пассат. Но система очень дорогая. Лучшим способом снижения видимости радара является использование специального антирадарного покрытия.

— В 90-х и 2000-х годах Северное разработало несколько эсминцев флота для ВМС Китая. У вас есть аналогичные экспортные программы?

— Мы по-прежнему работаем только с индейцами, главным образом, в движении по импульсу, накопленному в предыдущие годы. Что касается китайцев, они являются особыми людьми: они научились делать все сами по себе, и они больше не нуждаются в помощи. Но мы очень помогли им в прошлом; У меня было много деловых поездок в Китай. Китайцы очень хорошо копируют: покупают образец, изучают его, а затем начинают делать копии. Они очень хороши в промышленном шпионаже. Я помню переговоры в Пекине; Комната, где она была проведена, была заполнена микрофонами, чтобы подслушивать разговоры между членами российской делегации. Я как-то застала их врасплох, внезапно прошелся в соседнюю комнату и увидел, как они слушали и записывали нас.

В 1990-х годах у нас было три основных направления экспорта: Вьетнам, Индия и Китай. Индия была главным пунктом назначения, потому что мы разработали и построили для них целую серию проектов, включая эсминцы Project 15 и Project 61ME, фрегаты проекта 17 и 17A и корветы Project 25 и 25A.

Кстати, эсминцы Project 61ME все еще находятся в эксплуатации. Это хорошая иллюстрация того, что может быть достигнуто при правильной эксплуатации и техническом обслуживании. Несколько других серий уже уволены. Это все зависит от правильной эксплуатации и технического обслуживания, качества топлива, фильтрации воздуха и т.д. Например, главный механик одного из кораблей Project 61 в ВМС Индии использовался для ношения белых перчаток при осмотрах машинного отделения. Команда машинного отделения получала бы одеться, если бы перчатки не остались безупречными.

— Почему индийские военно-морские силы выбрали суда проекта 11356?

— Это интересно. В то время китайцы и индейцы обращались к нам в то же время, надеясь купить надводные корабли. Мы предложили им проект 11356, но у китайцев были особые требования; Они хотели, чтобы корабль был оснащен крылатой ракетой «Москит», которая имела дальность 110 км и тяжелую боеголовку, чтобы гарантировать гарантированное уничтожение кораблей ВМС США. Индейцы, с другой стороны, просто хотели универсальный корабль с хорошей атакой и противолодочными возможностями. Фрегат вооружен ракетами «Club», которые также очень хороши, но не настолько тяжелы и летают с дозвуковой скоростью. Тем не менее, они были адекватными для потенциальных противников Индии. Итак, у индейцев и китайцев были разные подходы.

— Вы упомянули вопрос о надлежащей эксплуатации и техническом обслуживании. Это, наверное, одна из самых больших проблем в нашем собственном флоте, и прекрасным примером этого является трагическая история эскадренных миноносцев проекта 956. Каковы причины этих трудностей?

— Причиной является недостаточное обслуживание. Ключевым компонентом этих силовых установок являются котлы, а котлы очень чувствительны к чистоте воды. Котлы будут работать очень быстро, потому что поблизости нет очистки воды. Проблема не повлияла на эсминцы Project 956E и Project 956EM, которые мы поставляли в Китай, до четырех, поскольку китайцы следовали всем надлежащим процедурам очистки воды.

— Так почему же наш собственный флот не может сделать то же самое?

— Наш флот используется для резки углов. Они всегда в спешке. Они уже пытаются уволить часть своих кораблей, которым едва исполнилось 20 лет. Им легче сказать, что им нужны новые корабли, чем для правильного поддержания существующих.

— Почему же, похоже, работают более совершенные и более длинные подводные корабли Project 1155?

— Их двигательные установки – газовые турбины. Это совсем другое дело. Такая турбина может быть заменена на 24 часа, даже не возвращаясь в порт. Он компактен и может быть поднят из машинного отделения системой шкивов через газовые выхлопы, которые будут заменены новым устройством, идущим таким же образом. Но, с другой стороны, он имеет гораздо более короткий срок службы по сравнению с паротурбинной установкой. Когда мы открываем коробки передач на паровых турбинах, они выглядят как новые.

— Действительно ли это было правильным решением продать эскадренные мины эскадрильи проекта 956 для китайцев?

— Два оставшихся корпуса были гниющими на Северных верфях. Сама верфь была бездействующей. Продавая эти корабли, нам удалось удержать судостроительный завод. В то время это была отчаянная ситуация. Тогда у китайцев был вкус к нему, и следующая пара кораблей Project 956EM была полной новой сборкой. Они также были оснащены модифицированными ракетами «Москит», дальность которых была увеличена до 220 км. Китайские клиенты остались очень довольны.

— Как насчет модернизированных эсминцев, которые должны были быть построены для советского и российского флота? Должны ли они использовать ту же технологию?

— Сложно сказать. Командир ВМС СССР Сергей Горшков был умным парнем. Он считал, что кораблям проекта 956 не нужны ракеты большой дальности. Он думал, что их работа будет просто сопровождать авианосцев.

— Вы упомянули о сотрудничестве с Вьетнамом. Какова была природа этого сотрудничества?

— Мы разработали для них ракетный катер Project PS-500. Но им было сложно сделать такие лодки на своих верфях, поэтому в итоге они купили у наших поставщиков проектные лодки 12418 «Молния». В то время, когда им не хватало квалифицированной рабочей силы, даже если лодки были оснащены немецкими дизельными двигателями MTU, которые очень хороши и надежны.

— Так это было первое маленькое судно, спроектированное бюро?

— Это было, да. Я расскажу вам, как это произошло. Вьетнамская делегация приехала в Россию и была проведена экскурсия по Институту Крылова. Наши специалисты объяснили им теорию и науку; Они сказали им, что все должно быть построено с нуля [во Вьетнаме], включая тестовые пулы. Вьетнамцы получили холодные ноги. Кроме того, Центральное военно-морское конструкторское бюро Алмаза процитировало для них возмутительную цену. И так или иначе, им удалось связаться с нашим бюро. Они сказали нам, что им нужно, и они буквально не берут ответа. Группа инженеров, всего около 15 человек, даже работала здесь на наших объектах. В то время, когда наступил кризис, в этом здании было очень холодно, центральное отопление отключилось, и завод прекратил производство. Поэтому мы дали им свою комнату,

— Почему собственный флот России не проявил интерес к лодкам PS-500?

— Потому что у них уже были лодки, спроектированные ОКБ «Алмаз». Вьетнамцы, это не имело никакого значения для них, потому что у них вообще не было лодок. Я даже могу сказать, что они планируют воскресить этот проект и завершить незавершенные корпуса. В то время планы не ограничивались лодками; У нас также было патрульное судно на 2100 тонн на чертежной доске. Вьетнамцы даже построили для этого пути и док-станцию, для которых мы предоставили чертежи. Затем программа была оставлена, но они могут ее воскресить.

— Существует ли много соперничества между разными российскими конструкторскими бюро?

— Есть некоторые, но не слишком много. Нам всегда удается договориться. Например, мы разработали проект 1135, а бюро в Зеленодольске работало над проектом 11540. Это довольно похожие суда, и изначально были построены только два. Но затем ВМС решили сосредоточиться на проекте 1135 вместо того, чтобы иметь две аналогичные модели в эксплуатации.

— Есть ли в разработке новые ядерные корабли?

— К сожалению, ядерное кораблестроение в настоящее время умирает медленной смертью. Мы теряем квалифицированных инженеров. Но в целом мы готовы, и мы были бы рады принять такой проект. У нас даже есть идеи уже в разработке. Военно-морской флот вводит в действие проект крупного эсминца флота по программе «Лидер» под руководством главного конструктора Соколова. Мы предложили две версии: одну с газотурбинной электростанцией, а другую – с ядерным двигательным реактором. Это будет отличный корабль, и ВМФ опирается на ядерную версию. Также может быть и третья версия с гибридной силовой установкой, где ядерный реактор будет использоваться только в высокоэффективном режиме движения.

— На ваш взгляд, сколько из них имеют ядерные боевые корабли?

— В Соединенных Штатах Америки много ядерных судов. Они создали необходимую инфраструктуру, и у них отличная система подготовки необходимого персонала. Ядерный корабль – отличная вещь. Например, наш собственный ядерный RNS Петр Великий, который является боевым крейсером проекта 1142, проводит много времени в море, потому что ему не нужна заправка. Ядерные корабли здесь, чтобы остаться. Способность военно-морского флота определяется в значительной степени тем, имеет ли он атомные корабли и подводные лодки.

— Итак, вы уверены, что флот принял правильное решение о модернизации крейсера-адмирала Нахимова?

— Конечно! Суда проекта 1144 – это, прежде всего, превосходный корпус из стали марки АК-25 и ядерный двигатель. Корпус выполнен из двух слоев стали, внешний слой – из нержавеющей стали. Этот корпус будет длиться вечно. Его можно использовать в течение 40, 50 или даже 60 лет. Он имеет уникальные биологические и структурные защитные системы. Он разработан очень разумно, используя большие технологические решения. Комбинация большого корпуса и ядерного двигательного агрегата – это платформа, которую можно использовать практически для любого использования. Давайте также вспомним о большой структурной обороне, которую имеет корабль. Это особый дизайн, который предотвращает проникновение ракет на судовые патроны боеприпасов с помощью ряда барьеров. Да, различные системы и трубопроводы корабля, а также его вооружения должны быть заменены, но главное, сама платформа, Он подходит для цели. Я считаю, что все четыре корабля этого класса должны быть отремонтированы и возвращены в эксплуатацию.

— Как сравнить крейсеры Project 1144 с ракетными крейсерами Project 1164?

— Я называю несущие пиломатериалы Project 1164 из-за отличной формы их крылатых ракетных установок. Как появился этот проект? Крейсера проекта 1144 были разработаны как убийцы авианосца. Советский флот хотел назначить такой крейсер, чтобы затенять каждого авианосца США, но это оказалось недоступным, поэтому только четыре из них были когда-либо построены. Затем флот решил ввести более дешевый крейсер, но был разработан с той же целью. Только три были завершены. Четвертый корабль остался сидеть незавершенным на верфи в Украине – но они не смогут завершить его самостоятельно, и Россия решила отказаться от его покупки из-за высокой цены, и потому что все линии связи и кабели должны Быть заменен, и сам корпус требует ремонта.

— Российские оборонные подрядчики часто жалуются, что они едва ли нарушают контракты на поставку МО. Какова ситуация в Северном?

— По большому счету, они дают нам достаточно денег, но какой смысл получать средства, которые будут потрачены до конца года только в середине декабря? Достаточно времени осталось потратить! Эти средства должны прибыть в январе или феврале в самое последнее время, если мы хотим хорошо их использовать. Уже было несколько эпизодов, когда мы отказались от перевода средств в конце года, потому что в любом случае мы не смогли бы правильно составлять эти средства.

Другой проблемой являются так называемые целевые денежные средства, которые депонируются на специальные счета в рамках программы оборонных закупок. Это создает для нас всевозможные проблемы.


Права на данный материал
принадлежат bmpd.livejournal.com

BackTop