Российское судостроение
Выставочная компания Кто есть ктоВсе предприятия судостроения
English Version Home


Минисайты предприятий
Компания ООО «СПБ Марин»

Ярославский CCЗ

"Комплексный технический сервис"

Cеверное ПКБ

ООО "Балтсудосервис"

Журнал "Морская радиоэлектроника"

Продукция компании FireSeal

Новости партнеров

"Когда заказ получен, поздно инвестировать"

Группа компаний «ИСТ» недавно объявила о создании на базе Балтийского завода холдинга, который должен объединить предприятия судового машиностроения и ЦКБ «Айсберг», специализирующееся на проектировании ледоколов. Президент группы «ИСТ» Александр Несис рассчитывает, что концентрация профильных производств дает группе «ИСТ» технологическое преимущество в борьбе за экспортные заказы, рынок которых он оценивает в сотни миллионов долларов.

Очевидно, что этот шаг предпринят с оглядкой на главного конкурента — «Северную верфь». В прошлом году именно «Северная верфь» получила заказ на строительство эсминцев для Китая на сумму $ 1,4 млрд., на который рассчитывал Балтийский завод. С тех пор стороны обзавелись могущественными партнерами.

Крупнейший акционер «Северной верфи» — компания НПК объявила о партнерстве с Межпромбанком. А «ИСТ», который приобрел миноритарный пакет акций «Северной верфи», передал его близкой к группе МДМ компании «РИНАКО». Несис рассчитывает, что в конце концов в состав холдинга войдет и «Северная верфь».

— Недавно группа «ИСТ» объявим о создании холдинга, который объединит Балтийский завод и ряд предприятий судового машиностроения. Зачем понадобилась такая структура?

 — Мы считаем судостроение одной из приоритетных отраслей. Существует государственная потребность в том, чтобы сохранить Россию морской державой.

Есть и традиционные экспортные рынки, в первую очередь Китая и Индии. Чтобы экспортировать современные суда завтра, сегодня необходимо провести концентрацию. Требовать подобных решений от государства не стоит, у него и так много дел. Мы решаем задачу на своем технологическом уровне — хотим сконцентрировать и локализовать в одном месте все инвестиционные возможности.

Пока отрасль сложно назвать предсказуемой. Допустим, мы получили информацию о намерениях китайцев или индусов заказать какой-то проект. Принципиальное решение принято, до контракта время дойдет через два года. Сейчас самое время для инвестиций в производственную базу. Но мы неспособны доказать инвестору, что этот заказ через два года получит именно наше предприятие. Это значит ноль инвестиций.

А когда заказ получен, поздно инвестировать. Срок изготовления должен быть минимальным, чтобы удовлетворить заказчика. Поэтому модернизировать производственную базу уже некогда. А с точки зрения инвестиций в продукт тоже поздно — контракт заключен, технические условия подписаны.

Отрасль нужно в обязательном порядке сделать прогнозируемой. Один путь — создать госрегламент по распределению заказов. Но покажите мне того инвестора, который поверит в закономерный итог госрегламента. Нет таких.

Мы решили пойти вторым путем — создать безусловное технологическое преимущество. Конкуренция, которая развивается между 10 полуживыми предприятиями, — это не конкуренция, а издевательство. Реальными конкурентами являются Великобритания, Франция», Америка, Германия — страны, которые действительно могут строить современные суда.

Мы создали Балтийскую объединенную судостроительную корпорацию — холдинг, который способен строить любые суда водоизмещением до 100 000 т, в том числе суда с ядерными энергетическими установками. Преимущество Балтийского завода с созданием этого холдинга становится очевидно всем, И проявляется очень просто — без нас корабля не построишь.

— Каковы потребности ваших предприятий в инвестициях?

 — Есть потребность в инвестициях в производственную базу. На первом этапе это программа реконструкции Балтийского завода. Реконструированный Балтийский завод способен строить весь объем экспортных заказов. Нужно создать систему бесконечного инвестирования и расширения рынка.

— Долгосрочного?

 — Вечного. Оно будет разделено на этапы. Недавно мы закончили первый этап — создание производства по разделке металла. Следующий этап — это секционная сборка. Потом — подготовка трубного производства. И это должно быть постоянно. На вызов рынка надо постоянно отвечать.

Инженерные планы, которые надо в рамках холдинга реализовывать сегодня, требуют порядка $ 100 млн. Это не бог весть что, если учитывать, что рынок экспортных заказов для Китая и Индии составляет сотни миллионов долларов в год. Но когда размещение заказа непрогнозируемое, никто не будет ни копейки вкладывать. Мы вложили свои собственные деньги в реализацию первого этапа, и адекватной реакции, как вы знаете, не получили.

— Смысл создания холдинга в том, чтобы замкнуть на себя КБ «Айсберг», ЦНИИсудмаш и СПКБ? То есть они теперь не смогут выполнять заказы предприятий, которые, скажем, не входят в холдинг?

 — Почему? Безусловно, смогут, но в рамках политики взаимодействия холдинга с другими производителями.

— На каких условиях будут внесены в холдинг 18,8% акций «Северной верфи», которые вы приобрели в прошлом году, а затем передали «РИНАКО»?

 — Достигнута договоренность с компанией «РИНАКО» о вхождении ее пакетом акций, который сегодня принадлежит ей, в БОСК: Они уходят в материальный интерес, получают пакет привилегированных акций компании БОСК.

— Какой пакет?

 — Я бы хотел оставить коммерческой тайной сумму, которую мы платим в виде дивиденда за то, чтобы эти акции не голосовали. С точки зрения управления БОСК — это на 100% «ИСТ». По существу, «РИНАКО» ушло в деньги.

— Но это же спорный пакет. Суды по поводу законности его приобретения у «Делком-Сервиса», кажется, еще не завершены?

 — Вступившего в силу решения суда по этому делу нет.

— Даже если забыть о том, что это спорный пакет, вы все равно остаетесь миноритарным акционерам «Северной верфи».

 — Главная проблема взаимодействия («Северной верфи») с нами состоит в том, что для выполнения китайского заказа мы должны поставить сотни наименований изделий судового машиностроения.

Все мы сидим в одной лодке — я имею в виду российские предприятия, — и мы не хотим портить деловую репутацию России. Поэтому мы готовы участвовать в кооперации по всей номенклатуре изделий в рамках строительства эсминцев проекта 956 для Китая. Если строить корабль из рухляди, лежащей на складах, это нанесет непоправимый урон имиджу России на мировом рынке ВТС.

В ноябре прошлого года «ИСТ» заявлял о несогласии кооперироваться. Сейчас мы говорим, что проблема будет решаться в комплексе с вопросами соблюдения прав миноритарных акционеров. Пока они игнорируются. Мы заявляем, что готовы поставить всю номенклатуру. Но позицию миноритариев остальные акционеры должны уважать. Естественно, в конце концов «Северная верфь» должна войти в этот холдинг контрольным пакетом. В любом случае мы бы этого хотели.

— Вы уже начали переговоры с акционерами «Северной верфи»?

 — С позиции БОСК нет, потому что он только что создан.

— Появление у акционеров «Северной верфи» такого партнера, как Межпромбанк, способствует или препятствует вашим целям?

 — Пока трудно что-либо говорить, переговоры покажут.

— Банк, наверное, может выступать источником инвестиций?

 — Сначала нужна правильная структуризация. Источником инвестиций может выступать кто угодно. Пока не проведена реструктуризация, нет базы для инвестиций, потому что нет прогнозируемости.

— Но вы рассматриваете Межпромбанк в качестве потенциального партнера?

 — Мы открыты для переговоров. Согласны ли мы вести переговоры с Межпромбанком? Конечно да. Мы будем вести переговоры с теми, от кого зависит принятие правильных решений.

— Кажется ли вам целесообразной идея создания государственного холдинга на базе Балтийского завода и «Северной верфи»?

 — Более неэффективного собственника, чем государство, я не знаю.

— Как вам кажется, почему именно сейчас вновь возникли эти разговоры? Ведь идее создания вертикально-интегрированных холдингов на базе предприятий ВПК уже больше двух лет.

 — Необходима концентрация основных экспортных ресурсов на одном предприятии — это очевидно. Если сейчас не предпринять таких усилий, окажется, что советский задел проеден, технологии потеряны, продукция никому не нужна, умерли все.

— А есть ли у государства какие-то рычаги, чтобы заставить частные предприятия войти в такой холдинг?

 — У государства рычагов влияния на производителей военной продукции всегда более чем достаточно. Но мы же в достаточной степени демократическое государство, и невидимая рука рынка работает.

— Компания «Караван звезд» инициирует внеочередное собрание акционеров Балтийского завода и хочет переизбрать совет директоров.

 — Они являются акционерами Балтийского завода и реализуют свои права. Ваша газета написала, что это компания «Рособоронэкспорта» и «Госинкора». Если это так, то мы действительно рады сотрудничеству со столь уважаемыми миноритарными акционерами. Нет проблем.

— Чего, на ваш взгляд, добивается миноритарий? Не попытка ли это установить некий государственный контроль над предприятием?

 — Вопрос не по адресу. Это их надо спрашивать. Я думаю, речь идет о системных интересах, им нужны контроль и понимание. В вашей газете один из экспертов комментирует этот шаг и говорит о контроле за качеством. Качество — очень серьезный вопрос. Если цель — контроль за качеством продукции, это благая и правильная цель. Потому что проблемы с качеством подобного рода изделий заканчиваются совсем печально.

Ролкер можно пригнать на ремонтную базу подварить — и поплыли дальше. А для военных кораблей это определяющая задача при поставке по экспортным контрактам.

— Есть правила, что экспортировать можно только те системы, которые приняты на вооружение в российском ВМФ.

 — Сегодня ситуация такова, что нарушение этого регламента — это неизбежность. На фрегате, который строится на Балтийском заводе, девять боевых комплексов, не стоящих на вооружении в российском ВМФ, тем не менее они поставляются в Индию. Такая практика позволяет рассчитывать, что Россия в будущем будет иметь возможность оснащать современными системами вооружений и свои боевые корабли.

— Как вы прокомментируете информацию о том, что один из боевых комплексов, установленный на индийском фрегате, во время испытаний отказал?

 — Надо иметь в виду, что этот фрегат является головным кораблем, по сути, нового проекта, и то, что из девяти новых комплексов один потребовал дополнительной доработки в ходе испытаний, не критично. Да, разработчик зенитного комплекса «Штиль» (московское предприятие «Альтаир) нас подвел, но оснований считать, что это большое ЧП, нет.

BackTop